close up

Как организовать переезд в Израиль, если вы владелец бизнеса в России

Практически у каждой страны существует та или иная миграционная политика и четкое понимание целевой аудитории, которую государство больше всего хочет заполучить. Например, американцы хотят привлечь к себе талантливых студентов, подающих надежды медиков или бизнесменов и инвесторов. Европейцы, имея ситуацию с очень низкой рождаемостью, понимают, что вынуждены импортировать рабочую силу на неквалифицированную и низкооплачиваемую работу, призывая мигрантов из Ближнего Востока и Африки. Точно такие же цели, похоже, преследует и Россия.


У Израиля же миграционную политику заменила политика репатриации. Правительство, возможно, думает, что «Законом о возвращении» и большим забором на границе с Египтом оно решает все миграционные проблемы: забор не пускает тех, кого в Израиле видеть не хотят, а Закон открывает двери евреям и членам их семей, среди которых точно должны оказаться и талантливые студенты, и подающие надежды медики, и те самые бизнесмены с инвесторами.


Поэтому, говоря о переезде бизнесменов в Израиль, к сожалению, речь может идти только о тех людях, которые имеют еврейские корни или супругов с такими корнями, и, по удачному стечению обстоятельств, - являются еще и предпринимателями. Процесс получения гражданства одинаков для всех групп населения: топ-менеджеры должны сначала доказать своё право на репатриацию, а потом уже решать, как совмещать наличие израильского гражданства и российские бизнесы.


Жизнь в самолете


Собственники и топ-менеджеры по разному подходят к вопросу переезда и получению дополнительного гражданства. Топ-менеджер генерирует доходы там, где он находится физически, и если однажды он перестанет пять раз в неделю появляться в офисе, то и доходы прекратятся. С владельцами бизнесов ситуация обстоит иначе, ведь владеть активами можно из любой точки земного шара.


Процесс получения израильского гражданства – не одномоментный порыв или рывок. Обычно к нему подходят издалека, и начинают подготовку необходимых документов заранее. Параллельно идет и плавная перестройка «вертикали власти» внутри компании. Многие наши клиенты начинают постепенно уходить от оперативного управления. Быть исполнительным директором своей фирмы и переехать в Израиль намного сложнее, чем быть председателем совета директоров, который отвечает за стратегическое управление. Полностью уйти от «операционки» своего бизнеса непросто: часто мы наблюдаем такую картину, когда вначале переезд совершают жена и дети, а глава семьи живет в самолете, разделяя свое время между двумя странами. Но рано или поздно у всех людей, не только бизнесменов, вопрос «в какой стране проще зарабатывать» сменяется на вопрос «в какой стране я хочу встретить старость и растить своих детей». А еще однажды приходит понимание разницы между видом на жительство, который временный, и гражданством, которое навсегда.


Новый бизнес


В силу своих предпринимательских привычек и нацеленности на использование возможностей, многие бизнесмены считают, что любая страна, где они проводят больше двух недель в году, должна генерировать доход, который покроет расходы их нахождения там. Поэтому, приезжая в Израиль чуть больше, чем на время отпуска, многие наши клиенты вынашивают идею создать адаптированную копию своего бизнеса тут.


Подход в этом плане достаточно распространенный: оставляя в России back-офис, они пытаются создать в Израиле front-офис, предлагая те же самые услуги для израильтян. С экономической точки зрения это грамотное решение, потому что российский специалист заведомо дешевле местных, а во многих сферах – еще и более профессиональный. Этим путем достаточно успешно идут собственники инжиниринговых компаний и IT-бизнесов. Но нужно понимать, что в сфере ведения бизнеса Израиль – сложная страна со своими неписаными правилами, которые не так легко «считать» в одночасье. Поэтому большинство новых бизнесов открываются в партнерстве с местными игроками, знающими реалии местного рынка и имеющими налаженные связи внутри страны. Даже McDonald’s, один из самых узнаваемых брендов в мире, имеет в Израиле локального партнера.


Золотая жила Израиля


Другой принятый путь создать себе источник дохода в Израиле – инвестировать в жилую недвижимость. Не с точки зрения проживания и покупки квартиры для себя (хотя в последнее десятилетие такое вложение средств себя прекрасно оправдывало), а с точки зрения инвестиции с целью извлечения прибыли. И если простая сдача в аренду приносит гарантированный, но скромный доход, то программа реновации и защиты от землетрясений под названием «Тама 38» позволяет войти на строительный рынок с не очень высокой точкой входа. Дело в том, что до 1980 г. стандарт застройки не соответствовал современному видению сейсмических рисков. Государство не может взять на себя все расходы по укреплению домов от землетрясения, и израильтяне нашли выход: подрядчик с разрешения муниципалитета и согласия жильцов укрепляет или перестраивает дом, а за это ему позволяют достроить еще несколько этажей. То есть на выходе подрядчик получает не просто землю, на которой можно построить квартиры в одной из стран с самыми быстро растущими ценами на недвижимость, а недвижимость на самых верхних, и соответственно самых дорогих, этажах.


А что с налогами?


За все хорошее приходится платить. Израиль, по сравнению с Россией, является социально-ориентированной страной с высокими «европейскими» налогами. Но у еврейского государства для вас хорошие новости: наличие гражданства не превращает человека в налогового резидента. Для новых репатриантов в Израиле существует особый налоговый режим: в течение 10 лет государство не претендует на налоги с зарубежных пассивных доходов. Таким образом, налоговый вопрос перестает быть таким острым и пугающим. Другое дело, что ввести зарубежные деньги в банки Израиля сегодня не так просто. Но это тема для отдельного обсуждения.


Этот материал опубликован на блог-платформе Forbes.
close up

Гражданство 2.0. Или просто 0 …

Помните мою статью полуторалетней давности про раздвоение банковской системы? Теперь то же самое начало происходить с гражданствами.

Есть три способа обзавестись каким-то гражданством. Один – это удачно родиться. Второй – это реально куда-то переехать, выйти замуж, поехать учиться. Третий способ делится на две очень разные половины. Одна половина – это гражданство по праву крови, другая половина – это гражданство за инвестиции. И до недавнего времени между ними не было никакой разницы, кроме, конечно, цены. И тот, и другой способ приводил к тому, что у вас появлялось еще одно полновесное гражданство – вы почти "рождались заново". Если у вас были, например, финские, или немецкие, или греческие, или румынские, или еврейские корни (в разные периоды времени свои границы открывали по этническому принципу разные страны), вы не обязаны были быть очень богатым человеком – вы могли просто переехать жить в эти страны, из которых произошли ваши предки. А если вы все-таки были очень богатым человеком, то вы часто не переезжали туда, а просто получали гражданство этих стран.

Но есть люди, которым в этом плане повезло меньше. Перефразируя Высоцкого: совершенно русские люди, никто к ним не влез, в том числе татарин. Для них оставался только один путь, давайте называть вещи своими именами: покупка вида на жительство или гражданства. И если, говоря о этнических гражданствах, можно еще говорить о каком-то "зове крови", то гражданства за инвестиции при всех красивых словах – это совершенно коммерческая сделка. Вы вносите деньги напрямую или косвенно в наш госбюджет, либо в суверенный фонд, либо путем покупки недвижимости, а мы за это даем вам право находиться на территории нашей страны и соседних стран. И щеголять нашим паспортом.

Как всегда с опозданием, но все же выяснилось, что с точки зрения «мировой закулисы», «вашингтонского обкома», ОБСЕ и других тайных правителей этого мира, расклад, при котором люди могут двоить свои личины за относительно небольшие деньги, не очень комфортен.

Может ли быть, что когда-нибудь будет нанесен удар и по программам этнической репатриации: будь то израильской, немецкой или греческой? Да, конечно, это тоже когда-то может произойти. Но в очереди до нас еще очень много претендентов "получить по голове от всемирного правительства". И это как раз те страны, которые приторговывают своими гражданствами и паспортами, причем, чем выше уровень страны, тем сильнее, очевидно, будет удар.

Во-первых, потому, что у этих стран есть альтернативы – торговля гражданствами не является для них единственным источников дохода, и лишившись его они не загнутся.

Во-вторых, потому, что эти страны являются частью, например, Евросоюза, и им не плевать на то, что про них говорят и думают их соседи.

Должна ли удивлять эта тенденция? Думаю, скорее наоборот. Было бы странно, если бы этого никогда не произошло. И будет странно, если она остановится там, где мы находимся сейчас.

Я не политик, поэтому могу делать прогнозы. Вариантов развития событий я вижу несколько.

Один из них – система реально себя очистит, и на этом остановится. Страны не будут давать гражданства уголовникам и мошенникам. Но при этом будут продолжать предлагать инвестиционные программы так, как делают США. Кипр, Мальта, Англия, далее везде, проведут проверки, зайдут в Гугл, выкинут тех людей, которые купили гражданство на ворованные деньги, и будут и дальше продолжать привлекать стартаперов, инвесторов и других HNWI.

Но опыт параллельной стези – банковской – подсказывает как минимум еще один возможный вариант развития событий – это тотальная паранойя. Мы видим, что происходит сейчас в банках. Если у вас нет четкой картины, послушайте Андрея Мовчана: комплаенс-департаменты банков сегодня набирают больше сотрудников, чем департаменты аналитики и трейдинга. И что комплаенс, как газ, занимает все свободное пространство.

И мы очень хорошо это видим на примере израильского банковского сектора, который является прекрасной лакмусовой бумажкой, потому что он очень маленький. В Израиле мало банков, и поэтому им замечательно удается, ни в коем случае не нарушая антитрастового законодательства, проводить весьма унифицированную политику.

Если 20 лет назад это была унифицированная политика наибольшего благоприятствования, то сегодня это унифицированная политика тотального выжимания любых нестандартных клиентов и нестандартных денег. Потому что чиновнику за то, что в его банке окажется немножко больше денег, никто премию не выпишет. А вот если что-то пойдет не так, голову ему оторвут. Или, по крайней мере, он так думает.

А откуда будут привлекать чиновников, которые будут заниматься гражданством за инвестиции? На эти функции идеально подойдут банковские комплаенс-офицеры. То есть это будут чиновники до мозга костей, перестраховщики, которым, конечно, проще и спокойнее для себя не принимать положительного решения, потому что предоставление гражданства и паспорта меняет мир, а отказ, затягивание рассмотрения, отсутствие ответа мир не меняет. Полагаю, что инерция и в этой сфере тоже докажет нам свою почти безграничную силу, которая, как мне кажется, недооценивается.

И тогда мы узнаем, какова реальная стоимость недвижимости в некоторых странах, если ее открепить от "золота" гражданства или вида на жительство.
close up

Очереди в консульство по репатриации резко сократятся?


Ожидание очереди на интервью к консулу по репатриации в Москве может занимать сегодня около пяти месяцев. Есть надежда, что в обозримом будущем срок ожидания резко сократится. Не потому, что станет меньше репатриантов, и не потому, что станет больше консулов. Просто система, с небольшим опозданием, сделала шаг в двадцать первый век. Ну а мы ей немного в этом помогли …

Вот уже почти тридцать лет новые репатрианты из России, Украины и других стран постсоветского пространства в начале процесса репатриации заполняют подробную анкету, которая позволяет консулу взглянуть на семейную ситуацию человека и в идеале принять взвешенное и правильное решение, базирующееся на фактах. Это сорокастраничную анкету репатрианты первый раз видели в консульстве, и заполняли ее от руки, на месте, до интервью.

14-го ноября эта анкета впервые была опубликована на сайте консульства, пока только в Москве. Можно предположить, что со временем и на других сайтах консульства эта анкета тоже будет опубликована, потому что ничего не мешает людям, например, из Киева, зайти на сайт московского представительства, взять оттуда анкету и ознакомиться с ее содержанием. А самое главное – заполнить ее дома, в спокойной обстановке.

Вроде бы речь идет об очень логичном шаге, и удивляться надо не тому, что он был сделан, а тому, что этого не было сделано ранее, и что вместо того, чтобы прийти в консульство с заранее заполненной анкетой люди были вынуждены заполнять ее на месте, часто с детьми на голове. Но этот шаг дался государству Израиль очень тяжело.

Частично это связано с тектоническими сдвигами в работе Натива – консульства по репатриации – которые произошли после назначения новым главой Натива Неты Пелег-Брискин.

Думаю, свой вклад в это внесла и наша адвокатская коллегия. Еще год назад консульство не просто не публиковало эту анкету у себя на сайте с тем, чтобы люди могли заполнить ее заранее, сэкономив при этом свое время и время работников консульства. Даже в судебных тяжбах, в которых мы оспаривали отказ в репатриации, консульство отказывалось предоставлять людям заполненную ими самими анкету, которая часто была необходима для того, чтобы выстроить правильную линию иска и доказать неправомочность отказа. Прокуратура на полном серьезе утверждала в суде, что анкета – это почти военная тайна.

Очевидно, количество поданных нами исков, с одной стороны, и новые веяния в Нативе, с другой, привели к тому, что кто-то по ту сторону баррикады остановился и действительно спросил: а является ли эта анкета такой уж страшной тайной в 2019 году? И пришел к выводу: нет, конечно, не является. И теперь станет намного легче не только жизнь потенциальных новых репатриантов (те, кто заполнял анкету в консульстве в окружении сотен людей и с детьми на руках, меня поймут), но и жизнь консулов. Процессы будут проходить эффективнее, а значит быстрее – что должно привести и к постепенному уменьшению очередей.

Это уже второе очень существенное изменение в политике консульства, которое является прямым результатом деятельности израильской русскоязычной адвокатской коллегии «Эли Гервиц». В течение четверти века консулы отказывали в репатриации в устной форме, нарушая старый, мало кому в Израиле известный, но от этого не менее обязательный закон. После нашего вмешательства этой практике был положен конец, и теперь отказы выдаются в письменном виде. Все равно неприятно, но по крайней мере ты понимаешь, против чего бороться.

Окончатся ли на этой положительные сдвиги в работе Натива? Конечно, нет. Каковы будут следующие изменения? Как говорится, следите за рекламой.
close up

Налоговые негры с двумя головами


Я не часто рассказываю тут анекдоты, но иногда нет выбора:
Семья молодоженов мирно спит у себя дома.
Неожиданно жена громко вскрикивает, садится на кровати, сжимает
голову руками.
Муж испугался:
- Дорогая, что случилось!?
- Дорогой, мне приснился ужасный сон! Только не спрашивай какой!
- Какой??
- Будь-то у нас родился сын - негр с двумя головами!
Муж как мог успокоил, однако этот сон иногда заставлял их вздрагивать ночами.
Пришло время рожать.
Муж ходит кругами по больнице, волнуется.
Выходит из операционной врач, белый как лист, руки трясутся...
Муж в ужасе:
-Что, негр!?
-Да
-С двумя головами!!??
-Почему? С одной!
- Фу... СЛАВА БОГУ!!!

Напомнил мне этот анекдот ни кто иной, как российский Минфин, который 30-го сентября разместил у себя на сайте документ на 71 страницу с длинным и скучным, как и подобает Минфину, названием: "Основные направления бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политики на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов".

Но сам документ не очень скучный. Я бы даже сказал, революционный. В частности он предлагает внести два кардинальных изменения в критерии определения статуса налогового резидента Российской Федерации.

Сегодня такой критерий один, и он простой, как гвоздь. Если ты проводишь на территории России 183 дня в году, или больше, то ты налоговый резидент. Если проводишь меньше, то нет.

Первое предложение тоже простое, как гвоздь, только поострее – провел в России 90 дней в году (уже не половину времени, а четверть) – и ты наш.

Второе более сложное, но более ожидаемое. Мы уже писали о том, что есть три основных способа определения статуса налогового резидента:

• Американский – гражданин равно налоговый резидент
• Российский – описан выше
• Европейский (которого придерживается и Израиль) – "центр жизненных интересов".

Похоже, российскому Минфину надоел "особый русский путь", и он решил начать равняться на лучшие мировые практики. Такой подход можно только приветствовать. Но его же надо как-то продать "благодарной общественности". И тут на сцену и выходят негры с двумя головами.

Должен сказать, что российский Минфин не первый, кто пытается провернуть подобный трюк. Даже не первый из Минфинов.
Ровно ту же операцию провернули четыре года назад их израильские коллеги.

Цены на недвижимость в Израиле растут уже 12 лет. Что не радует "безземельных" граждан, которые обладают таким же правом голоса на парламентских выборах, как и "лендлорды". Как можно бороться с ростом цен? Или повышать предложение, или понижать спрос. Но повышать предложение сложно, муторно и главное долго – а выборы вот они на носу. Значит, надо понижать спрос. Тут способов много, и один из самых простых – повышение налогов.

Налогов на собственность в Израиле нет, есть налог на приобретение недвижимости. Вводить новые налоги сложно, муторно и главное долго – куда проще повысить ставки существующих. И вот израильский Минфин заявляет, что он собирается повысить налог на приобретение квартир "инвесторами" (то есть всеми, кроме тех, кто покупает себе единственную квартиру для проживания). И запускает слух, что налоговая ставка для инвесторов составит … 25%! Понятно, что это просто запретительный тариф, никто не будет покупать за 125 икс товар, который с его точки зрения стоит 100 икс. Народ возмущается, дата введения новой ставки налога приближается, и Минфин делает его прогрессивным – от восьми процентов до максимум десяти. И израильтяне, а вместе с ними и иностранные еврейские инвесторы, считающие покупку квартир на Святой Земле или своей обязанностью, или своим неотъемлемым конституционным правом, выдыхают с облегчением – "негр, но с одной головой".

Ну а поскольку я не политик, рискну сделать прогноз – Россия придет к определению статуса налогового резидента на основании правила центра жизненных интересов. Будет в рамках этого правила и номинальный критерий, при выполнении которого будет презумпционно считаться, что центр жизненных интересов находится в России. Только проведена эта демаркационная линия будет по 183 дням в году, а не по 90. И все вздохнут с облегчением. Даже негры с двумя головами.
close up

Налоговая амнистия - все?


Очень обидно, когда ты пишешь статью для серьезного издания, освещаешь важные вопросы, даешь некие прогнозы, чтобы не сказать советы, а тут приходит кто-то и превращает все, что ты сделал, в полную бессмыслицу.

Успокаивает только одно – в данном случае Путину обиднее, чем мне.

Разрушить репутацию очень просто, создать – намного сложнее. Именно поэтому первая волна амнистии капиталов в России не вызвала особого энтузиазма. Но время шло, декларации действительно оставались герметично запечатанными – или по крайней мере их утечка, если и имела место, не "утекала" в информационное поле.

И российским властям поверили. И вторая волна амнистии была намного успешней первой, а за ней последовала и третья.
И вот 23 сентября Ведомости пишут, что прокуратура использует в уголовном деле декларацию, поданную в рамках налоговой амнистии. По странной гримасе Фортуны, фамилия обвиняемого, в деле которого это произошло – Израилит.

И вряд ли кого-то сегодня интересуют юридические тонкости – что изначально, похоже, прокуратура получила копию декларации не из государственного хранилища, а при обыске у самого подозреваемого, что она не будет ссылаться на нее в уголовном процессе, и что в законе – действительно – речь идет только об освобождении от ответственности за налоговые преступления, а тут инкриминируются совсем другие. Ущерб уже нанесен, и на БиБиСи выходит материал под заголовком "Поверил Путину – попал под статью".

Пять лет назад Президент Российской Федерации пообещал, что человек получит «твердые правовые гарантии» при легализации своих средств и имущества в России, а его самого «не будут таскать по различным органам, в том числе правоохранительным». Путин, конечно, юрист, но обещание это было, скорее, понятийным, без исключений мелким шрифтом.

Многие говорили мне, что верить амнистии нельзя, что ее единственная цель – это получить данные наивных бизнесменов, а еще лучше вернуть их деньги в Россию, и захлопнуть крышку. Я не считал этот подход верным. Не думаю так сейчас. Помимо Бритвы Оккама есть еще и Бритва Хенлона, которая учит нас не объяснять злым умыслом то, что можно объяснить элементарной глупостью.

Вот только от этого не легче – ни бизнесменам, которые подали декларацию в рамках одной из волн амнистии, и теперь будут просыпаться в холодном поту от каждого шороха, ни российским чиновникам, нормальным сотрудникам Минфина и ФНС, годы работы которых были отправлены коту под хвост одним росчерком прокурорского пера.

«Похоже, завтра многие из тех, кто поверил обещаниям властей, уже будут лететь за границу», — иронизирует в разговоре с «Ведомостями» консультант, чьи клиенты активно сдавали специальные декларации в ФНС.

А сторонники еврейского мирового заговора скажут, что фигуранта специально выбрали так, чтобы все они летели в Израиль.
close up

Вдовы и вдовцы евреев и право на получение гражданства Израиля


Сегодня мы поговорим о тех, кто не имеет никакого отношения к еврейству – то есть в чьих жилах не течет еврейская кровь – но они претендуют на израильское гражданство, поскольку имеют отношение к еврею (или еврейке), то есть о супругах евреев, и их потомков. Вернее, с супругами все более-менее понятно, а вот со вдовами и вдовцами все намного сложнее. Именно с ними связан очень странный юридический казус, который произошел в Верховном суде Израиля, хотя прецедентное решение по делу и не было вынесено.

Давайте, как обычно, начнем от печки. Закон о возвращении наделяет правом на получение израильского гражданства евреев – то есть тех, у кого мама еврейка. И ещё 5 категорий людей: детей евреев, внуков евреев и супругов всех вышеупомянутых. То есть если это представить графически, у нас есть 2 столбика: в одном столбике находятся люди, в которых течет еврейская кровь, до третьего колена, в другом – их супруги.

И все то время, пока супруги из "еврейского столбика" (еврей, сын или дочь еврея, внук или внучка еврея) живы, они могут репатриироваться в Израиль вместе со своими "русскими" супругами из "второго столбика".

Юридическая коллизия возникает в случае, если еврейский супруг (то есть еврей, сын еврея или внук еврея) умирает или оставляет вдову, или вдовца. Мы будем говорить в одном роде, но это работает vice versa и относительно второго пола тоже.
Возникает вопрос: имеет ли право вдова претендовать на израильское гражданство в ситуации, когда её еврейского супруга уже нет в живых? Буква Закона о возвращении, с моей точки зрения, на эту тему совершенно однозначна: все то время, что она остается вдовой – то есть не вышла замуж повторно, она сохраняет за собой это право. Если она выйдет замуж второй раз, то перестанет быть вдовой еврея, и уже будет женой кого-то другого. И не важно, был ли ее "еврейский" супруг евреем, сыном еврея или внуком еврея.

И такого толкования консульство, вместе с МВД и прокуратурой, придерживались больше двух десятилетий. Однако в какой-то момент кто-то решил поменять политику, и вдовам евреев по-прежнему позволять репатриироваться, а вот вдовам детей евреев и тем более внуков евреев путь в Израиль закрыть. Кто принял такое решение и когда – пока это тайна, покрытая мраком. И конечно, никто не удосужился ни опубликовать его официально, ни дать некий переходный период. Наоборот, я знаю случаи, когда консул, на основании старых правил, обещал поставить визу на репатриацию, вдова продавала квартиру, а консул разводил руками и говорил, что правила изменились, и визу он ей дать на сможет.

На сегодняшний день прокуратура готова защищать в суде позицию, что вдова "галахического" еврея, то есть еврея по маме, похоронив своего мужа, может репатриироваться в Израиль, если она не вышли замуж повторно. А вот вдова сына еврея или внука еврея, которая не успела репатриировать своего мужа, пока он был жив, теряет право на возвращение в момент его смерти. Прокуратура мотивирует это тем, что Закон о возвращении написан в первую очередь для одной единственной категории – евреев с точки зрения религиозного канона. А все остальные попали туда почти случайно, например, чтобы еврей "не разрывался между любовью в своей новой родине – Израилю – и любовью к своей "старой" жене или "старым" детям". И вдова сына еврея стоит дальше от "сердцевины" закона, чем вдова еврея.

Пока суду удавалось избежать принятия прецедентного решения по этому вопросу, каждый раз находя лазейку, при которой и волки оказываются сыты, и овцы целы, и навязывая сторонам компромисс. Это происходило в том числе потому, что суд не считал эту проблему массовой, требующей общего регулирования – и решал каждое дело в рамках "ручного управления".

Не секрет, что разговоры о том, что нужно отменить Закон о возвращении, ведутся давно. Спектр аргументов широк, начиная с того, что евреям замечательно живётся в диаспоре, что никто давно не "бежит" в Израиль, что легкость получения гражданства понижает его ценность, и заканчивая тем, что закон является дискриминационным и ущемляет права неевреев вообще, и арабов в частности. Все эти аргументы можно обсуждать. Но когда Израиль решает по-разному отнестись к двум вдовам, которые были замужем за "Рабиновичами", потому что у одного Рабиновича еврейкой была мама, а у другого папа – мне это представляется не только дискриминацией, но и прямым нарушением закона. И основывать такую дискриминацию на том, что Рабиновичам хорошо живётся в современной России, с моей точки зрения, совершенно неуместно.
close up

Экстрадиция из Израиля: мифы и реальность


Несколько лет назад мне позвонил украинский коллега и сказал, что его клиент находится в самолете по пути в Израиль. Он улетел за пару часов до того, как к нему на фирму пришли «оборотни в погонах», чтобы арестовать.

На мой вопрос, а имеет ли какое-либо отношение его клиент к Израилю или к еврейству – гражданство, еврейские предки, еврейская жена, коллега ответил: «Нет, к Израилю никакого отношения не имеет».

И на мой недоуменный вопрос «а почему тогда Израиль?» – я получил именно этот ответ: «Ну как? Израиль же не выдает».
Вот так, даже без слова «своих».

Все мы помним старое «с Дона выдачи нет». Сегодня, наверное, люди считают, что выдачи нет «с Израиля». Это миф. Его разоблачением я занимаюсь уже полтора десятилетия. Пока, как вы видите, без особого успеха. Поэтому ничего не остается, кроме как продолжить.

Израиль замечательно экстрадирует своих граждан. В отличие, например, от России, которая своих граждан не выдает. Если вы в этом сомневаетесь, спросите англичан про дело Лугового.

Более того, когда люди говорят в израильском контексте про «своих», то в виду имеют, наверное, евреев. Однако наивно полагать, что одним из этапов в рамках процесса экстрадиции будет проверка подозреваемого на предмет обрезания. Если человек является гражданином Израиля, то нет совершенно никакой разницы – еврей он, «еврей по папе», или араб.

Поэтому, когда люди думают, что в Израиле они смогут спрятаться от уголовного преследования полицией других стран, мы вынуждены их разочаровать.

Да, действительно, если речь идет о гражданине и резиденте Израиля на момент совершения инкриминируемого деяния, то тогда Израиль обязан, экстрадируя его, потребовать, условием экстрадиции, чтобы в случае, если человек будет приговорен к тюремному заключению, его вернули в Израиль для отбывания наказания.

Но если некто даже является и гражданином, и резидентом Израиля, но ему инкриминируют деяние, которое он совершил до получения израильского гражданства и переезда в Израиль, то тогда Израиль даже не обязан обуславливать экстрадицию переводом в израильскую тюрьму.

Поэтому можем посоветовать вам только одно: не нарушайте законы… но если вы собираетесь их нарушать, то делайте это уже из Израиля.
close up

Почему в Израиле нет обманутых дольщиков


Если почитать российские законы последнего времени, то создается ощущение, что Россия — это страна обманутых дольщиков. По разным данным, их количество варьируется от двухсот до трехсот тысяч.

Вот в Израиле обманутых дольщиков практически нет. Связано ли это с тем, что в России все застройщики — мошенники, а в Израиле все они — родные братья матери Терезы? Конечно, нет. Как говорят Аджемоглу и Робинсон, люди везде одинаковые, а вот институты могут очень сильно отличаться. И в Израиле действительно выстроен институт, который позволяет покупать квартиру на первичном рынке задолго до того, как вырыт котлован — без риска остаться без денег.

Как работает этот институт? В Израиле любой банк устойчивее любого застройщика. Поэтому сопровождение проекта банком гарантирует, что даже если что-то случится с застройщиком, ничего не случится с деньгами покупателя. И все новые проекты сопровождаются банками.

Сопровождение осуществляется в рамках отдельного счета, предназначенного и «заточенного» только под один проект. И застройщик не может перекидывать деньги с одного проекта, который он уже запустил в продажу, в другой проект, где ему нужно только купить землю.

Может ли застройщик коррумпировать какого-то сотрудника банка? И вместо того, чтобы вывести деньги под счет-фактуру на покупку цемента для возведения следующего этажа, тот сможет украсть деньги и вывести их куда-то на офшор? Теоретически — это возможно, хотя сегодня перевести деньги за рубеж из Израиля, мягко скажем, не банально, банковская система давно перестала быть глобальной. Практически — этого точно не произойдет.

Даже если застройщику удастся коррумпировать сотрудника банка, и деньги будут украдены со счета — что произойдет? Банку придется вернуть деньги из своего кармана, говоря высоким банковским языком — со своего счета ностро — на счет сопровождения проекта. А банки очень не любят отдавать свои деньги. И поэтому они строят свои системы работы таким образом, чтобы невозможно было коррумпировать их сотрудников, и невозможно было украсть деньги.

Есть ли коммерческие риски, что застройщику не удастся завершить проект? Да, такие риски есть. И тогда вместо этого застройщика придет другой. Есть ли риск, что ваши деньги будут украдены застройщиком, и вы останетесь и без денег, и без квартиры? Эти риски в Израиле в обычных сделках минимальны. А в необычные лезть на чужой территории не стоит.

close up

«Тора была дарована на горе Синай. Внести в нее правки невозможно». Интервью с израильским адвокатом



Почему ученик Михаила Таля предпочел юриспруденцию карьере шахматиста, как добиваться поставленных целей и доверия серьезных клиентов, в чем кроется потенциал отношений между Израилем и Россией и какова главная особенность еврейского религиозного права. Обо всем этом рассказал в интервью СТМЭГИ президент крупнейшей в Израиле русскоязычной адвокатской коллегии, член президиума торгово-промышленной палаты «Израиль – Россия» и член Общественного совета Российского еврейского конгресса (РЕК) Эли Гервиц.

- «Мы поставили перед собой цель быть ведущей русскоязычной адвокатской коллегией Израиля» - это слоган вашей адвокатской фирмы. Эли, вы достигли своей цели или ещё есть не покорённые вершины?

- Я должен признаться, что 21 год назад мы поставили перед собой достаточно скромную цель - стать всего лишь ведущей русскоязычной адвокатской коллегией Израиля. Если бы два десятилетия назад мы решили стать крупнейшей израильской адвокатской коллегией, то может быть, мы добились бы большего. Но мне кажется, что нам и нашим клиентам достаточно комфортно в месте, в котором мы находимся. Мы достаточно профессиональные для того, чтобы отвечать потребностям наших клиентов, и достаточно «семейные» для того, чтобы клиенты не превратились для нас в безличный конвейер. А цели в жизни, конечно, периодически уточняются, варьируются, ставятся новые. Есть люди, которые предпочитают свои цели заявлять громогласно – это помогает им в их достижениях. Я же, наверно, отношусь к категории людей, которые ставят цели в узком кругу, сообщая об этом публично только после того, как цель достигнута.

- Эли, что послужило выбору профессии адвоката?

- Однажды, в конце восьмидесятых, в Риге, мы еще с тремя моими одноклассниками решили … «запилить» кооператив по компьютерным играм. Двое из моих одноклассников реально разбирались в компьютерах, паяли их на коленке, писали какие-то программы. Третий наш компаньон имел хорошие связи. Ну и какой же бизнес без хотя бы одного еврея.
Компьютеры мы думали делать сами. Когда я рассказал про эту идею дедушке, то объяснил, что если мы купим готовые, и они не будут работать, то мы прогорим, потому что не сможем их сами починить. Дедушка, заместитель генерального директора по сбыту крупнейшего мебельного объединения, который, живи он в другой стране, безусловно, был бы успешным бизнесменом, объяснил, что для таких случаев существуют а) гарантия и б) страховка. Если компьютер не работает, то по гарантии его починят, а страховка покроет упущенную прибыль. А если ни то, ни другое не сработает? Тогда придет адвокат и взыщет деньги через суд.
Идея - получать деньги, ничего не делая - очевидно, произвела настолько сильное воздействие на неокрепший детский мозг, что направление моей будущей карьеры было предопределено.
А если серьёзно, то профессия адвоката очень похожа на шахматы: она заставляет играть по чётко понятным правилам, она заставляет играть на открытой доске, когда ты не можешь ничего спрятать от своего соперника. А самое главное, с моей точки зрения, в юриспруденции, как и в шахматах, есть только один способ достичь успеха - это просчитывать ходы дальше, чем это делает твой соперник. А шахматами в детстве я занимался профессионально, в школе Михаила Таля. Но после репатриации решил поменять шахматы на юриспруденцию.

- Ваши клиенты – «первая сотня» списка «Форбс». Каким образом вы добились такой репутации, что они обращаются именно к вам?

- Действительно, у нас есть клиенты из первой сотни Forbes. Но я надеюсь, на нас не обидятся ни они, ни другие представители этого уважаемого сообщества, я предпочитаю работать с другими. С моей точки зрения основная отличительная черта олигархов заключается в том, что они привыкли покупать своих консультантов, и не важно: речь идёт об адвокатах, аудиторах, пиарщиках или личных референтах, они привыкли покупать их «оптом», от пяток и до кончиков волос. Я не уверен, что это плохая сделка, но в начале пути меня оптом не «купили», а начиная с определённого возраста, я уже «продаюсь» только в розницу. Не в последнюю очередь потому, что сегодня меня окружает команда, которая не будет выкуплена олигархом. Они покупают персону, а не команду. А я командный игрок.
Основная целевая аудитория нашей коллегии - это мегауспешные люди, собственники фирм, топ-менеджеры. Но это люди, которые в любой момент времени точно знают, сколько у них миллионов долларов, что отличает их от первой сотни «Форбс», представители которой не всегда уверены, сколько именно у них есть миллиардов.
Как мне удалось добиться того, что свои секреты нам вверяют люди, которые могут выбрать, кому вверять свои секреты? Ответ, наверное, спрятан в самом вопросе. Задавая его, вы не называете ни одной фамилии. Мы не используем наших клиентов как маркетинговые инструменты, и наши клиенты уверены, что их тайны умрут вместе с нами. Надеюсь, правда, что очень нескоро.

- Но про ваши выигранные дела услышать можно?

- Я отвечу на этот вопрос, и здесь не будет противоречий с ответом на прошлый. Юрист, как и шахматист, не имеет право играть только пешками или только ферзями. Нужно задействовать все фигуры, которые есть на доске. Это могут быть в первую очередь фигуры юридического характера, это может быть экспертиза аудиторов, частных детективов, аналитиков, кризис-менеджеров. И часто это правильно структурированное медийное присутствие.
Есть дела, которые можно привести к успешному завершению только в кулуарных переговорах. С другой стороны, есть дела, которые требует максимальной публичности по самым разным соображениям.
Да, мы, конечно, очень гордимся тем, что первый ребёнок, который был похищен на Запад и возвращен в Россию, был возвращен именно из Израиля. Вообще взаимоотношения между Россией, Советским Союзом и Израилем знавали самые разные времена. Многие говорят, что мы сейчас находимся в самой лучшей эпохе. Я надеюсь, это неправда. Я надеюсь, что, конечно, мы находимся в самой лучшей эпохе до сегодняшнего времени, и что дальше будет только лучше. Страны связывают политические отношения в сфере безопасности, от которых я далёк. Но если у большого числа россиян будет куплена квартира в Израиле, в которой они будут проводить свои отпуска, знакомиться при этом с Израилем и с израильтянами, и приглашать сюда своих русских друзей, то «втереть» этим людям, что израильтяне убивают палестинцев и воруют их органы, будет невозможно. И когда израильские суды исполняют решение российских судов, вынесенные в пользу российских компаний против израильских компаний, с моей точки зрения, это выбивает почву из-под антисемитов. И да, когда Израиль возвращает русской матери ребёнка, которого отец спрятал в ультрарелигиозном квартале - это тоже доносит до сведения людей очень важную для меня информацию. Израилю и России, по-хорошему, нечего делить. Вот вместе можно сделать очень многое. Если мы посмотрим на эти две страны с точки зрения бизнеса, то в каждой из них есть и очень много денег, и очень много светлых умов. Но это разные деньги и разные умения, и поэтому в сфере высоких технологий в сотрудничестве между Россией и Израилем есть огромный потенциал, который сегодня пока до конца не реализуется. Но и здесь я тоже стараюсь внести свою скромную лепту. В данном случае, как член правления Торгово-промышленной палаты «Израиль-Россия».

- В фильме «Адвокат дьявола» прозвучала фраза - «Бог слишком часто предавался азартным играм с человечеством, он бросил всех нас на произвол судьбы». Вы согласны с этим? Помогает ли религия в вашей профессии?

-У меня нет претензий к Богу. Я не думаю, что стоит при каждом упоминании Бога спрашивать, «А где он был в момент катастрофы?». Моё отношение к иудейской религии очень амбивалентно. Я светский человек, не ношу кипу и других внешних еврейских атрибутов. При этом для меня очень важным является поститься в Йом-Кипур. Не «не кушать» 25 часов, а именно поститься. С моей точки зрения, это огромная разница, и для меня, как для очень многих израильтян, этот пост является диалогом с самим собой и подтверждением причастности к чему-то куда большему, чем я -еврейскому народу и израильскому государству.

Несмотря на то, что я светский человек и, несмотря на то, что приехав в Израиль в 90-м году, уже в 91-м я начал учиться на юридическом факультете тель-авивского Университета, на новом для меня языке, самыми интересными для меня предметами были курсы еврейского религиозного права. Почему? Мое объяснение следующее.
На сегодняшний день, если государству, законодателю что-то не нравится, какая-то правовая норма отжила свое или требует замены, нет ничего проще, чем вынести поправку к закону на рассмотрение парламента и поменять устаревший закон.
У евреев, в отличие от израильтян, такой возможности нет. Тора была дарована на горе Синай. И правки в нее внести невозможно. Но самое главное даже не это. А то, что современные политики, юристы, ученые считают, что они, конечно, разбираются во всем намного лучше, чем их предшественники, просто потому, что они владеют всей той информацией, которой владели их предшественники, а также и дополнительной. Вслед за Айзиком Ньютоном, они могут сказать: мы видим так далеко, потому что стоим на плечах гигантов.
В еврейском религиозном праве не просто нет возможности поменять «конституцию», Тору. Практически нет возможности поменять аналог законов (вердикты, которые выпускали наши мудрецы), и аналог судебных решений (ответы, которые они давали на конкретные запросы). Дело в том, что чем ближе мудрец стоит к дарованию Торы, тем более великим он считается с точки зрения юридического религиозного толкования, а религия и юриспруденция у евреев переплетается так, что очень тяжело отличить. Так вот, перефразируя того же самого Ньютона, это не мы стоим на плечах гигантов. Это они стоят на наших плечах. Поэтому все, что могут делать более поздние еврейские мудрецы-толкователи - это не менять то, что сказали их предки, а выстраивать исключения, отстраивать новые ситуации от старых.
Это очень сложно. Это, безусловно, не сводится исключительно к казуистике и софистике. И то, что я помню из этих курсов еврейского права, почему они мне были так интересны - более поздним мудрецам удавалось находить исключения из правил, объяснения, почему старые правила древние мудрецы не собирались распространять на конкретную рассматриваемую ситуацию. И, конечно, ничто так не закаляет ум, как наличие стен лабиринта, который невозможно снести. Их можно только обойти, найдя правильный путь.

- Последний вопрос: как вы собирали свою команду? Что самое важное в вашем деле?

-Во-первых, я должен признаться, что тут «медийность» помогала самым неожиданным образом. Было бы очень здорово, если бы меня любили девушки так, как меня любили их бабушки. И многих сотрудников, с которыми я работал за эти20 с лишним лет, в мои объятия «подтолкнули» их семьи.
Очень важной для меня фразой является фраза Джека Уэлча, легендарного гендиректора General Electric, о том, что научить что-то делать можно даже обезьяну, а поменять личные качества - нереально.
Поэтому мы не пытаемся заставлять людей быть теми, кем они не являются. Мы не только не хотим, мы и не можем заставлять людей работать из-под палки. И основную функцию лидера команды я вижу в том, что называется английским словом facilitation. Я стараюсь дать возможность своим сотрудникам проявить свои лучшие качества. У нашей команды есть очень прочное ядро. При этом я горд тем, что наша коллегия является и кузницей кадров. И многие люди, с которыми мне посчастливилось работать, наверно, думают, что и им тоже посчастливилось работать в нашей команде. И в то, что они сегодня многого достигли после того, как их пути разошлись, иногда с нашей коллегией, иногда вообще с юриспруденцией, мы тоже внесли свою скромную лепту.

Специально для СТМЭГИ.

close up

Как малому бизнесу открыть филиал в Израиле

Израиль – хороший трамплин для международной экспансии. Стартапам в Израиле легче привлекать инвестиции и искать партнеров. У местного бизнеса нет аллергии на российских предпринимателей и российские деньги. Как российскому технологическому бизнесу организовать присутствие в Израиле?

Есть два варианта.

1. Открыть дочернюю компанию. Де-юре есть варианты (акционерное общество, товарищество и т. д.), де-факто подходит только один – компания с ограниченной ответственностью. Достаточно одного акционера, его гражданство не важно, компанию обычно регистрируют за несколько дней. Иностранцам понадобится резидент Израиля – общаться с налоговыми органами. Вносить активы в уставный капитал не нужно, устав – документ на полторы страницы. Госпошлина – примерно 36 000 руб.

Бухгалтерия строгая и обходится в несколько тысяч долларов в год. Она требует проведения всех платежей через отдельный банковский счет и визирования годовых отчетов аудитором, а не обычным бухгалтером. Зато у дочерних компаний достаточно простой документооборот. Например, чтобы открыть счет в банке, необходимы только подпись местного израильского гендиректора и раскрытие конечных бенефициаров.

Для компании с ограниченной ответственностью корпоративный налог – 23% с прибыли. Других налогов, кроме НДС (17%), нет. Но доходы – деньги корпорации. Чтобы превратить их в деньги акционеров, нужно сделать одно из двух:

– заплатить дивиденды, налог на них – 25 или 30%;

– заплатить себе зарплату (но автоматического права работать в Израиле наличие своей компании не дает), с зарплаты нужно платить и подоходный налог, и социальный сбор. В обоих случаях, если вы хотите забирать деньги, с половиной прибыли придется расстаться.

Как малому бизнесу из России найти партнера в Африке

2. Открыть представительство российской компании без юрлица в Израиле. Но практически любая активность подобной организации требует подтверждения совета директоров из России. К тому же это привлечет лишнее внимание налоговых инспекторов.

Реальный пример: крупная российская компания открыла в Израиле и «дочку», и представительство. Но чтобы представительство могло совершать действия на банковском счете, нужно было собирать совет директоров огромного холдинга. А в израильской компании все оформлялось на уровне местного директора.

Следующее после открытия компании в Израиле – персонал. Наличие компании в Израиле не дает акционеру права находиться в стране. Управленческую визу можно получить, только если открыть большую фирму с десятками сотрудников и миллионными оборотами. Поэтому нужно нанять сотрудников на месте – хотя бы директора. Альтернатива – получить рабочую визу для сотрудников, но это сложнее, занимает месяцы.

Решение о визе принимают две инстанции – министерство торговли и труда и МВД. Они рассматривают каждую кандидатуру отдельно. Одно из условий для удовлетворения прошения – сотрудник должен быть особенным по квалификации или по уровню ответственности. Зарплата должна быть примерно $5000 в месяц без налогов и сборов. Отправить в Израиль уборщиков не получится – только топ-менеджеров или узких специалистов.

Перевозить стоит незаменимых сотрудников, остальных можно нанять на месте. Рынок труда в Израиле развит, практически все специалисты с высшим образованием говорят на английском языке, а многие владеют еще и русским.

И если нужна отправная точка для глобальной экспансии, Израиль может стать хорошим выбором.